September 19th, 2008

(no subject)

Нельзя не учитывать тот факт, что в современном политическом языке значение слов вывернуто чуть ли не с точностью наоборот. Так военные, например, стали миротворцами, и так далее. Поэтому, когда кто-то из ответственных лиц говорит о свободе слова, в большинстве случаев это следует понимать как манипулятивное ограничение свободы слова под предлогом, например, борьбы с оскорблениями чувств верующих, борьбы за нравственность или борьбы с экстремизмом.
Но особенно интересно этот принцип проявляется в борьбе за «права человека». Так борьба за права каких-либо слоев населения в большинстве случаев означает борьбу за ущемление прав всех остальных слоев населения, и нередко за ущемление прав самой защищаемой части населения. Отсюда следует, что бОльшая часть правозащитников борется не за наши права, а за лишение нас последних оставшихся прав.